Врачи будущего, работающие уже сегодня — DNA health
porndish classy babe blows cock.
www.porndish.net

Врачи будущего, работающие уже сегодня

 

Хирургия — одно из сложнейших направлений в медицине, которое требует не только хорошей физической подготовки и эмоциональной выдержки, но и готовности постоянно осваивать новые технологии. К таким технологиям, безусловно, относятся лапароскопические операции, которые в прошлом веке были для нас экзотикой, а в последние десятилетия превратились в норму современной хирургии. О своём опыте внедрения малоинвазивных операций, об особенностях их проведения и перспективах развития роботической хирургии в нашей стране рассказывает заведующий вторым хирургическим отделением городской клинической больницы им. С. С. Юдина, руководитель Центра хирургии грыж, эксперт в области хирургии ожирения кандидат медицинских наук Юрий Алексей Викторович.

 

— Алексей Викторович, у вас достаточно молодой возраст для заведующего отделением, да и в целом сейчас наблюдается омоложение медицинских кадров. Почему так происходит?

— Вы правы, мне 40 лет, и это молодой возраст для заведующего отделением. Сейчас в медицине переворот: достаточно много молодых ребят, которые младше меня, занимают уже административные должности. У старшего поколения есть большая языковая проблема. Как правило, они не знают английского языка, соответственно, не ездят на стажировки и не перенимают опыт у наших коллег. Молодёжь, у которой нет языкового барьера, видит новые методики, привозит их в Россию и встаёт у руля крупных медицинских учреждений. И я, наверное, тоже один из них.

 

— Расскажите о вашем профессиональном пути. Насколько мы знаем, вы начинали свою карьеру как военный медик?

— Да, моя карьера началась с военной службы. Я закончил Военно-медицинскую академию им. С. М. Кирова, по долгу службы работал и в Чите, и в Калининграде. Вместе с другими ребятами попал под реформу и сокращение, поэтому пришлось начинать всё заново в гражданском здравоохранении. В 2008 году защитил кандидатскую диссертацию, занимался проблемой панкреонекроза: вместе с коллегами мы внедряли лапароскопические методики в технологию лечения гнойного воспаления железы. Последние шесть лет возглавляю хирургическое отделение, а до этого работал в ГКБ им. В. В. Виноградова. Наша больница им. С. С. Юдина достаточно известное учреждение. Здесь много лет находится кафедра хирургии Первого МГМУ им. И. М. Сеченова, где работали и работают поистине великие люди. Например, на прошлой неделе мы отмечали 89-летие Эдуарда Израилевича Гальперина. Это величина не российского, а мирового масштаба. Эдуард Израилевич, сотрудник нашего отделения, является столпом хирургии поджелудочной железы и печени. Он трудится в свои 89 лет вместе с Татьяной Геннадьевной Дюжевой. И с кем бы вы ни заговорили о поджелудочной железе, печени или раке, то все сразу же будут ссылаться на опыт этих людей, на их работы.

 

— Вы являетесь экспертом в области хирургии ожирения. Неужели ожирение лечится хирургическим методом?

 

— Да, безусловно. Это один из составляющих методов лечения избыточной массы тела при высоком уровне индекса массы тела (более 40), особенно если пациенты страдают сахарным диабетом и гипертонией. Хирургические методы лечения являются эффективными и приводят к быстрому снижению веса, нормализации показателей углеводного обмена и к эстетическим изменениям в лучшую сторону. Человек сразу начинает нравиться себе и окружающим, избавляется от комплексов, становится успешным.

Мы открыли отделение хирургического лечения ожирения. Этот раздел хирургии всё больше набирает обороты. В национальные рекомендации и приказ Департамента здравоохранения города Москвы включены хирургические методы лечения пациентов, страдающих лишним весом. Накоплен большой опыт лечения данной категории пациентов, получены отличные результаты, заключающиеся в снижении веса в течение первого года в среднем на 30–40 кг.

При снижении веса у этих пациентов наблюдается падение уровня сахара в крови без какой-либо медикаментозной поддержки, снижение артериального давления и улучшение общего самочувствия.

Данная операция проводится лапароскопическим методом и состоит из нескольких проколов. Пациент в день операции уже встаёт и начинает пить воду, а на следующий день уже может есть. В среднем период реабилитации составляет несколько дней.

Данная операция у нас делается на более выгодных условиях, нежели в других клиниках Москвы.

 

— Алексей Викторович, что из себя представляет Центр хирургии грыж?

— На базе нашей больницы мы создали крупнейший центр лечения грыж. Особо хотелось бы отметить тот факт, что большинство консервативных школ хирургов оперируют открыто, т. е. делают большие разрезы. Раньше даже была поговорка: «Большой хирург — большой разрез». Мы же оперируем пациентов практически в ста процентах случаев лапароскопически, открытые операции у нас единичны. Мы делаем операции по реконструкции передней брюшной стенки. На самом деле, это не совсем раздел грыжи, здесь больше всё-таки пластической хирургии, потому что у людей, перенёсших более двух операций, нарушены все анатомические структуры брюшной полости. Пациенты имеют огромные грыжи, уродливые животы. Мы восстанавливаем анатомию, укрепляем стенку, и всё это делаем лапароскопически, быстро возвращая человека к обычной жизни. Я думаю в будущем (и сейчас над этим работаю) создать центр реконструкции передней брюшной стенки с уклоном больше в пластическую хирургию.

 

— Раньше пациентам, желающим получить консультацию или операцию в Москве, необходимо было получать прописку. Скажите, как это происходит сейчас?

— Сейчас достаточно медицинского полиса и желания пациента. Есть программа «Столица здоровья», по которой к нам приезжают люди из деревень, где вообще отсутствует медицина: там нет фельдшерских пунктов, а больницы, к сожалению, разрушены. Поэтому мы о себе заявляем в соцсетях, на сайте больницы и департамента. Везде указаны контактные телефоны, люди созваниваются и приезжают на обследование. Специалисты оказывают услуги бесплатно. Плюс Москвы в том, что наши больницы после оптимизации и реформы имеют высококачественное оборудование.

 

— Как вы считаете, у российских специалистов есть потенциал в роботической хирургии?

— Безусловно, потенциал есть. Однако сейчас мы столкнулись с тем, что страховые компании не имеют даже такой статьи расходов, потому что это достаточно дорогая методика выполнения операций. Надо сказать, что роботическая хирургия существенно облегчила бы работу врача. Например, если мы говорим о реконструкции передней брюшной стенки, о большой, длительной операции, то, конечно, здесь будет существенно легче хирургу, ведь он будет сидеть. Дело в том, что одна такая операция может длиться по семь-восемь часов. Всё это время врач стоит перед лапароскопической стойкой, нет возможности ни попить, ни поменять положение. В работе же с роботом врач сидит за джойстиком, у которого есть все степени свободы: если наша рука всё-таки в движениях ограничена, то рука робота крутится во все стороны. Например, урологи работают в малых пространствах, поэтому специалисту будет легче подойти с помощью робота.

К сожалению, все роботы импортные, отечественных аналогов пока нет. Сейчас появляются новые роботы, например компаний Medtronic и Bowa, чьи разработки сейчас находятся на апробации. Роботическая хирургия — перспективное направление, многие компании видят, что за этим стоит будущее.

 

— Алексей Викторович, я правильно понимаю, что у вас есть ещё онкологическое структурное подразделение?

— Да, мы лицензировались на получение онкологической помощи. Это ведущая больница Южного административного округа Москвы на 1500 коек. Здесь пациент может пройти полный цикл обследования. У нас есть и химиотерапия, и лучевая терапия. Все пациенты проходят процедуру онкоконсилиума, где врачи обсуждают, ориентируясь на результаты компьютерной томографии, какую операцию применить и в какой последовательности проводить лечение: пройти несколько курсов химиотерапии или первично оперировать пациента, а потом уже делать химиотерапию.

Кроме того, благодаря нашему новому главврачу Ольге Виуленовне Папышевой у нас открылся корпус хирургии стопы и кисти, а также нет недостатка в расходных материалах. Например, есть сетки как европейских, так и американских брендов. Сейчас появились отечественные расходные материалы, которые не хуже, потому что технологии производства уже давно отработаны. В частности, наши нижегородские партнёры выпускают достаточно приличную продукцию.

 

— А насколько отличаются методы ваших иностранных коллег?

— Я недавно учился месяц в Сеуле, там вообще нелапароскопических операций нет. В клиниках везде стоят 3D-стойки, врачи оперируют в специальных очках. В принципе, Япония и Корея — эндемичная зона по раку желудка, очень много ранних стадий рака, поэтому там выполняется огромное количество операций. В нашей больнице тоже есть две 3D-стойки, на которых мы оперируем в очках с эффектом трёхмерного пространства. С сентября наше отделение должно перейти в плановую хирургию. Пациенты размещаются в 1-2-местных палатах, оборудованных кондиционером, душем и всеми условиями для комфортного проживания, включая вайфай и трёхразовое питание.

 

 

— Алексей Викторович, можете рассказать какую-нибудь выдающуюся историю из вашего опыта?

— Могу вспомнить одну из своих пациенток. Много лет назад она поступила ко мне с запущенным онкологическим заболеванием — перфорацией опухоли кишки с перитонитом. В экстренном порядке мы выполнили резекцию с выведением стомы. На тот момент пациентке было около 80 лет, поэтому послеоперационный период был очень тяжёлый. После операции женщина уверенно заявила: «Всё нормально, я себя знаю. Операция, я чувствую, сделана хорошо, поэтому ничего не бойтесь. Делайте всё, что нужно, всё будет хорошо». И действительно, она выздоровела в короткие сроки. Затем прошла восемь курсов химиотерапии, и распространения онкопроцесса не было. Спустя некоторое время я взял эту пациентку ещё на серию операций. Примечательно, что у неё был ясный ум, всегда отличное настроение и она абсолютно не выглядела на свой возраст.

Пару лет назад ей исполнилось 90 лет. Она мне позвонила и пригласила на свой день рождения: «Приходите, я очень хочу, чтобы на моём дне рождения вы сидели рядом со мной, потому что вы дали мне вторую жизнь». Однако издержки нашей профессии заключаются в том, что никогда ничего нельзя планировать. Когда я уже собрался, взял с собой костюм, заказал букет цветов, поступил пациент и пришлось проводить операцию.

Она много рассказывала о своей жизни. Прошла войну, а после войны, по её словам, ей вообще ничего не страшно: ни рак, ни другие болезни. Она в своей жизни видела вещи гораздо более ужасные… Вот истинные ветераны, закалённые морально и физически, которых, наверное, уже почти не осталось.

От всей души хочу пожелать нынешнему поколению ценить и беречь себя, быть внимательнее к близким и помнить, что крепкое здоровье — залог счастливой жизни.

 

 

Я очень рад работать в клинике, где применяются самые современные технологии, а также созданы комфортные условия для лечения пациентов. Многопрофильность клиники позволяет обследовать и лечить даже самых тяжёлых больных.

Очень радует то, что о нас знают на просторах нашей страны и ближнего зарубежья. На лечение приезжают пациенты из всех уголков нашей родины, от Калининграда до Владивостока, и остаются довольными качеством услуг, оказываемых в нашем стационаре.

Хочу пожелать крепкого здоровья, больше времени проводить за активным отдыхом и долгих лет жизни!

 

КОММЕНТАРИЕВ НЕТ

Оставить ответ

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

hairy teen masturbates.hot nudes