Оперироваться или нет в условиях коронавируса? — DNA health
porndish classy babe blows cock.
www.porndish.net

Оперироваться или нет в условиях коронавируса?

 

Пандемия коронавируса испугала многих. А можно ли в такой ситуации вообще проводить операции и как COVID-19 влияет на ход хирургического вмешательства? Об этом мы поинтересовались у одного из ведущих московских хирургов, заместителя главного врача по хирургии медицинского комплекса в Коммунарке, кандидата медицинских наук Сергея Валерьевича Мосина.

 

— В прошлом году группа учёных из Ирландии доказала, что у пациентов с коронавирусной инфекцией отмечаются аномально высокие показатели свёртываемости крови. В свою очередь, именно этот факт часто становится причиной тромбозов и, как следствие, смертей. Сергей Валерьевич, а как часто на практике вы сталкиваетесь с такими осложнениями у больных?

— Повышенная свёртываемость крови — это одно из основных звеньев в цепочке патологий, которые возникают у всех пациентов с коронавирусной инфекцией. Сосудов в организме много, и тромбоз может возникнуть в любом из них. К примеру, если тромб образуется в сосудах лёгких, то это приведёт к лёгочным патологиям. Как показывает практика, тромбоз микрососудов лёгких — самая частая локализация этой патологии при COVID-19.

Нельзя забывать и про сосуды сердечной мышцы, нижних конечностей, внутренних органов. В них тоже могут возникать тромботические осложнения. Если быть максимально корректным, то у пациентов появляются венозные и тромбоэмболические осложнения, закупориваются сосуды. У некоторых больных возникают тромбозы сосудов, питающих кишечник, что приводит к его повреждению. Если тромб образуется в сосудах нижних конечностей, а это лишь несколько процентов от числа всех пациентов с коронавирусом, то требуется экстренное хирургическое вмешательство.

Если тромб появляется в сосудах сердца, в коронарных артериях, то это тоже немедленно требует операции. В таких случаях проводится рентгенэндоваскулярное вмешательство (удаление тромбов), или же мы делаем стентирование артерий сердца.

 

Справка DNA health:

Рентгенэндоваскулярная хирургия [рентгено- (по имени В. Рентгена), греч. endon — внутри, лат. vasculum — небольшой сосуд] — совокупность внутрисосудистых манипуляций, осуществляемых под рентгеновским контролем. Основоположниками термина  «рентгеноэндоваскулярная хирургия» в 1979 году стали советские врачи Б. В. Петровский и И. X. Рабкин. Сегодня это направление хирургиии является основным высокоэффективным и малотравматичным методом лечения при коронарной болезни, сосудистой и клапанной патологии, врождённых пороках сердца.

 

— Получается, при коронавирусе возможны хирургические вмешательства. А есть ли какие-то риски при проведении операции у пациентов с COVID-19?

— Операция сама по себе представляет большой стресс для организма. Хирургические вмешательства мы делим на два вида: плановые и экстренные. К плановым операциям обычно есть возможность подготовиться, а ещё их можно отложить или перенести. Они не выполняются в ситуациях, когда существует угроза жизни пациента. А бывают операции экстренные. Их огромное количество, они очень разнообразны и выполняются в тех случаях, когда заболевание в данную минуту угрожает жизни больного.

В случае с коронавирусом все плановые операции обязательно откладываются до момента выздоровления. Но если поступает пациент с коронавирусной инфекцией и при этом у него есть показания для экстренного хирургического лечения, то мы, конечно, оперируем.

Бывает, что возникают ситуации, когда мы не знаем, какую стратегию лечения выбрать у пациента с крайне тяжёлым течением коронавируса: немного подождать с операцией или же оперировать его прямо сейчас. В таких случаях решение принимается консилиумом, на котором мы взвешиваем пользу и риски операции.

Сама же коронавирусная инфекция значительно осложняет и любую операцию, и процесс реабилитации после хирургии. И если есть возможность, то мы стараемся избежать операции у таких больных.

— Пациенты с коронавирусом представляют опасность не только для других окружающих, но и для врачей. Как вы решаете эту проблему в вашей больнице?

— Наша больница в первую очередь занимается лечением пациентов с коронавирусом. Для ведения таких больных существует набор правил работы медперсонала. Эти правила мы соблюдаем как в работе с обычными больными, так и с теми, у которых, помимо проблемы хирургического характера, есть коронавирус. Мы надеваем защитные костюмы и очки, маски, бахилы. В таком виде мы не только лечим больных, но и оперируем. Это достаточно сложно, так как правила даже дезинфекции рук перед операцией стали строже в два раза.

Вообще, внешний вид хирурга, оперирующего коронавирусного больного, довольно интересно представить. Это человек, на котором буквально сто слоёв: своя одежда, средства индивидуальной защиты, рентгенозащитный фартук и ещё стерильный хирургический костюм, надетый поверх всего этого. Фактически оперируешь в трёх парах перчаток и в четырёх слоях одежды. Поэтому заразиться на самом деле очень сложно, если соблюдаешь все рекомендации.

 

— Правильно ли я понимаю, что есть два разных отделения, где лежат пациенты с коронавирусом, перенёсшие операцию, и те, кто не заражён?

— Нам часто привозят пациентов с подозрением на коронавирусную инфекцию, которая требует уточнения. Пока болезнь не подтверждена, мы помещаем таких пациентов в обсервационное отделение, где за ними наблюдают. Это отделение представляет собой большое количество изолированных одноместных палат, в которых пациенты лежат, не смешиваясь с теми, у кого диагноз уже подтверждён. Если у пациента тест на коронавирус отрицательный, то мы выписываем его из обсервации и при необходимости переводим в другой стационар. А если же вирус подтверждается, то пациент переводится в общую «красную зону». В современном многопрофильном стационаре диагностика наличия коронавируса занимает от 2 до 4 часов.

Интересно, что во время работы медицинский персонал, работающий с коронавирусными больными и не работающий с ними, абсолютно никак не смешивается, т. е. одни врачи работают в обсервации, другие — в остальных отделениях или в коронавирусном госпитале.

 

— Сергей Валерьевич, есть ли среди ваших коллег врачи, которые заболели коронавирусной инфекцией, несмотря на все меры предосторожности?

— Есть понятие «накопленная заболеваемость». Но хочу сказать, что мы, врачи, сейчас одна из самых защищённых категорий людей, потому что на работе мы очень строго соблюдаем все противокоронавирусные меры защиты. Вот если бы все люди на Земле так соблюдали правила и рекомендации, то не было бы сейчас никакой пандемии.

О себе могу сказать, что я девять месяцев работал с коронавирусными больными, а сам заразился от одного из членов своей семьи, который подхватил вирус в общественном месте.

 

— В чём особенности послеоперационного периода у пациентов с коронавирусом?

— Если мы прооперировали человека и в момент реабилитации он заболевает коронавирусной инфекцией, то течение всего послеоперационного периода и процесс его выздоровления значительно усложняются. У пациента, который перенёс операцию по поводу тяжёлой болезни, организм скомпрометирован. На этом фоне иммунная система может дать более слабый ответ на коронавирусную инфекцию. Из-за этого течение болезни может быть более тяжёлым и длительным.

Справка DNA health:

Фиброз лёгких — это процесс образования в лёгких фиброзной (рубцовой) ткани, что приводит к нарушениям дыхательной функции. При фиброзе снижается эластичность и растяжимость лёгочной ткани, затрудняется прохождение кислорода и углекислого газа через стенку альвеол (лёгочных пузырьков, в которых происходит контакт вдыхаемого воздуха с кровью).

— А когда можно делать плановые операции людям, которые уже переболели коронавирусом?

— Временной диапазон может быть совершенно любым. Он зависит от того, каким было течение коронавируса. Если человек переболел в очень лёгкой форме, практически бессимптомно, то уже спустя две недели карантина он может идти на плановую операцию. Если же инфекция протекала в острой форме, то после выздоровления многие системы организма долгое время могут оставаться повреждёнными. Насколько долго останутся эти изменения, сказать нельзя. Это очень индивидуально, и врачи могут оценить состояние пациента и принять решение. К примеру, нельзя просто ответить, что такой-то пациент будет полностью здоров через три месяца. Спустя три месяца нужно ещё раз оценить его резервы, посмотреть остаточные явления болезни, проверить, насколько он поправился. И только после этого делать выводы. Если мы понимаем, что дыхательная функция не восстановилась полностью, то это тревожный звоночек, который ставит под сомнение проведение операции. Таким образом, строгих сроков нет, а в случае плановых операций мы полностью опираемся на состояние пациента.

— Сергей Валерьевич, а есть ли какой-то список анализов, обязательных при подготовке к операции, если ты перенёс коронавирус?

— Стандартный список анализов перед операцией сам по себе достаточно объёмный. Он позволяет выявлять нарушения, о которых пациенты не могли даже подозревать. Во время пандемии у нас к этому перечню добавился и ПЦР-тест на коронавирус.

 

ПЦР-тест обязателен при любых манипуляциях?

— Да, практически при любых. Это нужно не только для того, чтобы проверить, здоров он или нет. Куда важнее понять, опасен ли он для окружающих.

КОММЕНТАРИЕВ НЕТ

Оставить ответ

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

hairy teen masturbates.hot nudes