Современная нейрохирургия за спорт — DNA health
porndish classy babe blows cock.
www.porndish.net

Современная нейрохирургия за спорт

Нейрохирургия ХХI века предлагает своим пациентам инновационные методики хирургии для максимального снижения рисков и достижения лучших результатов. Высокотехнологичное оборудование, роботизация, прогрессивные методы диагностики и гибридные операционные — всё это уже реалии сегодняшнего дня.

 О том, почему не каждую боль в спине нужно лечить скальпелем и какие принципиальные изменения претерпела нейрохирургия за последнее десятилетие, нам расскажет главный внештатный специалист-нейрохирург Департамента здравоохранения города Москвы, заведующий научным отделением неотложной нейрохирургии НИИ СП им. Н. В. Склифосовского доктор медицинских наук Гринь Андрей Анатольевич.

 

— Андрей Анатольевич, повлияла ли на вашу работу и работу других нейрохирургов ситуация с пандемией COVID-19?

— Пандемия, безусловно, сильно отразилась на нашей работе. Помимо того, что медперсонал и многие врачи переболели, в прошлом году было снижение количества пациентов и, соответственно, операций. И хотя оказание экстренной помощи в городе не останавливалось ни на минуту, а ограничения продлились не так долго, черепно-мозговых и позвоночно-спинальных травм стало меньше, так как в период изоляции люди  старались находиться дома.

В результате, с одной стороны, больным стало проще попадать к нам, анализы стали делать сразу в институте, не направляя для этого в поликлинику. Однако пока больной не сдаст все анализы на COVID-19, его нельзя перевести в общую палату или взять в операционную: больные должны находиться в некоем буферном состоянии. И одно дело, когда состояние позволяет ждать, а другое — когда нужно экстренно оперировать. Нам приходилось оперировать в «ковидном» корпусе, но это весьма сложно. С другой стороны, появилось больше времени, чтобы заняться наукой, ведь в обычные дни работа идёт с утра и до поздней ночи.

 

— Не секрет, что практически у каждого из нас есть проблемы со спиной: боли в спине, остеохондрозы, протрузии и грыжи дисков… Как понять, что боль в спине требует помощи нейрохирурга? На какие симптомы следует обратить внимание, чтобы вовремя попасть к врачу?

— Если боль становится навязчивой и начинает мешать жить, то обязательно нужно обратиться к врачу. Это первый постулат. Если человек идёт к нейрохирургу, то это ещё не значит, что его ждёт операция. Более того, я считаю посещение врача своевременным, если состояние пациента ещё не требует операции.

Люди просто не знают, почему случаются болезни позвоночника. Зачастую проблемы со спиной и позвоночником возникают вследствие неправильного образа жизни и приводят к возникновению дегенеративных заболеваний позвоночника (стенозы позвоночного канала, смещения позвонков, грыжи межпозвонковых дисков и др.). Если говорить точнее, то причина в несоответствии нагрузок, которым подвергается позвоночный столб, тем, которые могут выдержать окружающие его мышцы. Человек должен понимать, что его болезнь напрямую зависит от его образа жизни. И если он обратился к врачу на стадии, когда ещё нет разрушений, которые требуют операции, то это очень хорошо. В таких случаях мы делаем необходимые ему назначения.

Человеку важно самому менять свой образ жизни, регулярно заниматься укреплением мышечного корсета, ходить в спортзал. Нужно уделять определённое время своему здоровью: заниматься в тренажёрном зале, плавать в бассейне, ходить на массаж. Уточню, что заниматься спортом — это не значит поднимать штангу. Нужно выполнять определенные упражнения на мышцы спины и брюшного пресса, избегая осевых нагрузок. Именно регулярность и может стать отличной профилактикой многих недугов. Когда у человека впервые заболевает спина, это сигнал от его мышц: «Хозяин, мы не справляемся с нагрузками, займись нами». А если с болью в спине не обращаться к специалистам, то болезнь начнёт прогрессировать.

Снять симптомы несложно: дайте мощное обезболивающее, и у человека перестанет болеть даже сломанная нога. Но вы же понимаете, что это не лечение. Боль говорит о том, что появилась проблема. Важно в такие моменты своевременно обратиться к врачу. К сожалению, многие специалисты начинают лечить пациентов лекарствами и обезболивающими, вместо того чтобы отправить их в спортзал.

Если мышцы не справляются с ежедневными нагрузками, тогда избыточным нагрузкам подвергаются межпозвонковые суставы, диски и связки. К болям в мышцах присоединяется боль и от этих структур. На этой стадии ещё помогают нестероидные противовоспалительные средства, массаж, тепловые процедуры. А вот если появляется боль в руке или ноге (мы её называем корешковой), в этом случае нужно безотлагательно идти к врачу. Мы стоим на страже именно нервов и должны их спасти. Это возможно только в случае их компрессии чем-либо, и нейрохирург убирает то, что давит на нерв: будь то выпавший фрагмент межпозвонкового диска, гипертрофированная связка, костный вырост-остеофит или всё вместе взятое.

Но боли могут быть связаны не с компрессией, а с поражением самих нервов, когда процесс идёт внутри нерва. В этих ситуациях скальпелем не поможешь. Это могут быть и аутоиммунные  заболевания, и метаболические нейропатии (например, при сахарном диабете), и генетически обусловленные заболевания. Такие болезни лечат наши коллеги — неврологи. Но нейрохирург должен разобраться в диагнозе, чтобы не сделать операцию тому, кому она не показана, и вовремя направить к неврологу. Поэтому, если боль стала навязчивой, нужно идти к врачу и понять, с чем она связана, чтобы не упустить переломный момент и не попасть на хирургический стол.

 

— У многих есть стереотип, что если ты обращаешься к нейрохирургу, то это обязательно будет связано с операцией, правда ли это?

— Это зависит от квалификации врача, должен быть очень дифференцированный подход. Если у пациента только болит спина и при этом у него обнаружена межпозвонковая грыжа, удалив её, вы ничем ему не поможете. Грыжа не причина боли в спине, и в операции нет необходимости. Значимая для хирургии грыжа — это когда есть боль по нервному корешку в руке или ноге. Я не говорю о других симптомах, когда сдавлен спинной мозг при грыжах дисков на грудном и шейном уровнях. Это лишь вопрос профессионализма и квалификации.

 

— Какие исследования обычно назначают, чтобы понять, действительно ли нужна операция?

— Первое — это осмотр и клиническая картина. Даже если у специалиста есть снимок МРТ, без осмотра пациента нельзя сделать никаких заключений. На основании полного осмотра мы определяем, какое лечение ему необходимо.

Первым методом является МРТ, и в большинстве случаев она позволяет всё увидеть. Хорошая МРТ (мощностью не менее 1,5 Тесла, в разных режимах) даёт полную картину. Бывают в практике сомнительные ситуации, когда не до конца понятно, давит что-то на нерв или спинной мозг или нет. В этом случае мы смотрим клинику, МРТ, и если даже этого недостаточно, то назначаем нейрофизиологическое обследование (электронейромиографию, транскраниальную магнитную стимуляцию) и смотрим проводимость по нерву. Мы должны понять, страдает ли то, что мы хотим спасти, и только потом принимаем решение.

Такого рода исследования выполняют нейрофизиологи, имеющие неврологическое образование. Они не хирурги и, скорее всего, не посоветуют операцию без особой необходимости. Их заключение имеет большое значение. Если у пациента действительно есть нарушение проводимости и нерв гибнет, то, естественно, будет назначена операция.

Возможен и другой вариант: грыжа есть в грудном отделе, спинной мозг уже немного поддавлен, но человека ничего не беспокоит. Неврологическое обследование не обнаруживает неврологических расстройств. Но, возможно, страдает проводимость на субклиническом уровне, и спинной мозг пока компенсирует эти нарушения, тогда надо оперировать. Нейрофизиологическое обследование помогает очень точно и на ранних стадиях определить такое поражение.  Поэтому, если нейрофизиолог даёт заключение, что проводимость не страдает, тогда эту грыжу удалять не нужно.

Для диагностики и операции может быть назначена и компьютерная томография (КТ). В этом случае сравнивают результаты МРТ мягких тканей с данными КТ костных структур. С помощью этих методов проводят планирование операции: направление и размер винтов, углы их введения и т. д.

Таким образом, наши основные методы диагностики — это жалобы больного, осмотр, данные анамнеза, клиническая картина, МРТ, нейрофизиология и КТ.

 

— Какие возможности для проведения нейрохирургических операций существуют сегодня в Москве вообще и в «Склифе» в частности?

— Возможности неограниченные. У нас точность попадания — доли миллиметра, будь то мозг или позвоночник. С позвоночником мы можем делать всё, а из мозга удаляем такие опухоли, которые раньше оперировались только единичными хирургам. Сейчас это стало доступным именно с помощью методов нейронавигации, робототехники и нейрофизиологии.

Многие операции мы выполняем с нейрофизиологом. Нам нужно во время операции понимать, где и какие функционально значимые зоны находятся. Справа зона руки, слева зона ноги, и ты проходишь между ними вглубь, чтобы убрать опухоль и не повредить эту зону. А на мозге ведь не нарисовано, что это рука, нога или речевые зоны. Два миллиметра отклонился — и у человека будет парализация. Нейрофизиолог укладывает электроды на мозг и определяет эти зоны. А они могут смещаться и менять своё анатомическое положение за счёт давления опухоли на мозг.

Для хирургической точности важно использовать нейронавигацию. От этого зависит безопасность пациента, и это очень важный момент. Нейронавигация сейчас доступна во всех стационарах Москвы. Образно говоря, мы словно космонавты, которые стыкуют космические аппараты винтик к винтику: если левее, в спинной мозг попадёшь, выше — в корешок, правее — в аорту, а посередине, под таким-то углом, — правильно.

Мы обладаем точнейшей диагностикой и интраоперационными технологиями: стереотаксисом и роботоассистенцией. Если необходимо пройти в важную зону во время операции, например при паркинсонизме, где ядро имеет некую протяжённость, а нам нужно попасть в самый центр, то автоматика микродвижениями поддаёт электрод в глубь мозга, и в тот момент, когда мы находимся в центре ядра, нейрофизиолог видит максимальные импульсы и даёт команду остановиться. Робот замирает в этом положении. Мы фиксируем электрод в данной позиции, и пациент получает максимальный эффект от данной операции. В целом у нас есть все необходимые технологии, включая и 3D-системы.

Сейчас в Москве строится сеть скоропомощных корпусов с вертолётными площадками, в которых будут гибридные операционные. Гибридные операционные позволяют сделать сразу интраоперационную МРТ, КТ и ангиографию, т. е. после удаления опухоли, мы можем незамедлительно её законтрастировать и посмотреть полноту удаления. Удалил артериовенозную мальформацию, ввёл контраст, сразу посмотрел, есть ли какие-то неудалённые участки. Поставил систему фиксации, сделал интраоперационную КТ. Если что-то стоит не так, сразу же можно переставить. Хотя система позволяет изначально не промахнуться, но необходим двойной, а то и тройной контроль.

Квоты на такие операции есть. Все фиксирующие операции на позвоночник можно сделать по ОМС и ВМП (высокотехнологичная медицинская помощь). Это всё прописано, и город финансирует.

 

— Как можно попасть по квоте на операцию?

— На сегодняшний день во всех больницах существует два способа попасть на операцию: по бюджетной квоте Минздрава (ВМП) и по ОМС. Базово мы работаем по ОМС. Такие операции, как опухоль мозга, оперируем по каналу ВМП. Однако есть определённые тарифы и в системе ОМС, по которым тоже можно оперировать таких больных. Однако бывают сложные и дорогостоящие операции, например стимуляция спинного мозга, которых нет в ОМС. Их делают в определённых учреждениях по квотам ВМП, но таких операций немного. Количество квот на них увеличивается год от года по мере роста потребности.

Нам хватает квот, чтобы лечить тех больных, которые в этом нуждаются. Пациент не должен беспокоиться по поводу денег на операцию, государство это оплатит тем или иным способом.

 

— Как изменились технологии в нейрохирургии за последние 10 лет? Можно ли говорить, что произошёл некий качественный скачок?

— Многие технологии существует уже более 10 лет, но сейчас они распространились, благодаря сосудистой программе, по многим клиникам РФ. Они стали доступны во всех регионах Российской Федерации и во всех стационарах, которые являются региональными сосудистыми центрами. Как правило, это областные больницы и больницы скорой помощи. Там есть микроскопы, навигация и C-дуги, т. е. всё необходимое оборудование. Не надо ехать в Москву или Санкт-Петербург, чтобы сделать операцию. Это первое из изменений.

Мы движемся в сторону роботизации и ещё большей безопасности пациента. Целый ряд манипуляций достаточно трудоёмкий и тяжёлый, многие из нас уже имеют профессиональные болезни, туннельные синдромы. При ежедневно повторяющихся типовых нагрузках у врачей травмируются нервные стволы и связки, они гипертрофируются, пережимают нервы. Эти действия может выполнять робот. Используя навигацию, врач планирует ход операции и положение винтов в позвоночнике. Рука робота по прописанному плану берёт винт нужного размера, помещает его в зону установки и вместо врача вкручивает винты. И это будет точная работа. Сейчас же современный робот только задаёт нам правильное направление, но винт мы вкручиваем сами по заданному направителю. Существует целый ряд манипуляций, который может быть роботизирован. Например, долгое удержание тканей, введение винтов и стержней, выпиливание костного лоскута при трепанации черепа и т. д.

Следующее важное изменение затронуло область диагностики, сбора и хранения информации. Сегодня на постановку диагноза не нужно тратить много времени. Такие методы диагностики, как КТ, МРТ и ПЭТ, позволяют врачу быстро разобраться с диагнозом пациента и начать необходимое лечение, особенно в случае с редкими заболеваниями. Технологии в нашей стране развиваются так же, как и во всём мире. Появилась достойная навигация в медицине.

Основная же задача в области нейрохирургии — борьба с опухолями и возможность их удаления без скальпеля. Этот необходимый сегодня прорыв в лечении опухолей может быть связан с успехами и открытиями, затрагивающими одновременно биологию, химию, генетику, физику и другие науки.

Следующая важная область изучений — восстановление спинного мозга. Спинной мозг — это сложнейшая структура. Мало того что в нём масса нервных проводников, клеток, огромное количество продольных и поперечных связей, так эти структуры должны постоянно чем-то питаться, т. е. должны быть питающие сосуды. Эти связи нервных структур и сосудов закладываются в эмбрионе, и когда человек взрослеет, то очень сложно их восстановить.

Если говорить о черепно-мозговых травмах, то благодаря реконструкции дорог и улучшению дорожной ситуации в Москве больных с такими травмами в последние годы стало значительно меньше. Если научными методами мы можем добиться снижения летальности на 1-2 %, то тут снижение происходит колоссальное — на 30–40 %. Затрагивая проблему инсультов, важно отметить, что это в большей степени следствие определённого образа жизни, возможно, в сочетании с генетическими предпосылками. Здесь важная и решающая роль отводится профилактике болезни: отказ от курения, занятие спортом в тренажёрном зале или на спортивной площадке, регулярные кардионагрузки.

 

— Что бы вы пожелали нашим читателям в заключение беседы?

— Не болеть, уделять себе внимание, ходить в спортзал не для рекордов, а для здоровья и хорошей физической формы. И тогда к врачам будете заходить только на чай!

КОММЕНТАРИЕВ НЕТ

Оставить ответ

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

hairy teen masturbates.hot nudes